Кровавая весна  - Дем Михайлов

Я тяжело шагал сначала по заброшенному руднику, затем шел по коридору и поднимался в пещеру, тем временем забравшиеся на вершину скалы люди с помощью веревок поднимали двух охотников и двух гномов, оставшихся снаружи, чтобы проверить, не выделяется ли поставленная нами гранитная заплатка от окружающего ее камня. Веревки понадобилось много. Вновь, как когда-то, пришлось сплести воедино все имеющиеся запасы веревки, чтобы дотянуться до подножия скалы и поднять четырех воинов наверх.

Проходя через пещеру, где заблаговременно предупрежденные люди и гномы освободили для меня свободный проход, я поинтересовался у Нилиены, как дела наших раненых, и получил успокаивающий ответ — за прошедшие сутки ухудшения не было. Стефий день и ночь с ними, молится и поит раненых лекарственным отваром. Единственная отрадная новость помимо установленной плиты — смертей не случилось. Значит, хотя бы сегодня мне не услышать горестного плача женщин, провожающих в последний путь своих близких. Уже что-то… но не стоит забывать, что рядом с Подковой обосновался враг, что непременно нападет, вот только знать бы, когда именно…

Впрочем, у меня есть плохонький источник весьма ненадежных сведений, но это лучше, чем ничего.

— Рикар! Пленного шурда во двор! Сейчас! — непререкаемым тоном приказал я, на ходу устало кивая сплошь знакомым лицам. Уставший гораздо сильнее меня здоровяк молча кивнул и отстал, жестом позвав к себе одного из воинов.

Оказавшись во дворе, миновал конюшню и коровник, бросил взгляд на курятник… будет жаль потерять совсем недавно возведенные постройки. Если шурды займут внутренний двор нашего поселения, они, не задумываясь, сожгут все вокруг.

Усевшись на поставленный стоймя чурбак, я стащил с головы шлем и подставил грязное лицо прохладным порывам ветра. Надо бы умыться. Про забитые грязью доспехи и тело под ними даже вспоминать не хочется. Но сейчас меня больше волновало никуда не девшееся смутное предчувствие, прямо указывающее, что враг все еще где-то рядом. Помимо предчувствия я располагал и более точными сведениями — пока я находился внизу, ко мне дважды спускались разведчики, сообщавшие, что с вершины полого холма, расположенного прямо перед входом в ущелье, вздымается десяток серых столбов дыма. Не требовалось обладать особо острым разумом для понимания ситуации — враг разбил лагерь у самого входа в наш дом, и, судя по всему, он никуда не торопится.

Не торопится… не торопится… не торопится… хотя уже сутки прошли после последних действий противника.

— Литас, — задумчиво позвал я.

— Да, господин?

— У тебя военного опыта побольше моего будет. Скажи, почему окопавшийся у наших стен враг не атакует? Причина?

— По-всякому бывает, — пожал плечами бывший егерь, со стоном выпрямляя ноги. — Может, измором взять хотят. Ждут, когда оголодаем, отчаемся и сами в атаку бросимся.

— Тогда ждать им долгонько придется, — фыркнул я, вспомнив о наших припасах в ледниках и на полках в кладовой, а еще и о рыбе в подземном озере и гномьих грибах, по отзывам людей, оказавшихся весьма вкусными. — А еще? Другие причины?

— С духом собираются, подготовку ведут, прикидывают, не зря же разведчиков гоняют по перепутью. Штурм осажденного укрепления дело хитрое, господин.

— Хм… особого выбора у них нет. По их сведениям, к нам ведет только один путь — проход через ущелье и штурм стены. Если только с духом все собраться не могут, твари трусливые. Но учитывая, кто их полководец… нет. И разведка больше не повторялась, хотя было ясно, что первые отряды потерпели неудачу. Дело в другом. Что еще за причины могут быть?

— Тогда только одна и остается причина-то, — вздохнул охотник. — Самая плохая причина. Если не атакуют — значит, ждут подкрепления.

— Верно, — глухо отозвался я. Только что Литас озвучил мою собственную мысль, терзавшую меня уже несколько часов кряду.

Шурды могут ждать подкрепления.

Кто может прийти к ним на подмогу?

Еще темные гоблины, костяные пауки, мертвяки, киртрассы, могут притащить метатели… и может прийти по наши души сам Тарис Некромант со своими новыми творениями, молва о которых зазвучала одновременно с проклятым именем «Тарис».

— Помнишь, что проделал старый шурд при последней осаде? — спросил я. — Помнишь, как восстала вся нежить в округе, включая старые костяки лисиц, мышей и прочей мелочи?

— Такое не забудешь, господин.

— А теперь представь, что может сделать древний некромант, обладающий куда большими познаниями в некромантии… Такой, как принц Тарис, чьи деяния мы до сих пор ощущаем на своей шкуре.

— Давно уже представил, — отозвался Литас, зябко передернув плечами. — И не только я. Все слышали рассказы выживших про страшные комки, слепленные из человечьей плоти, перекатывающиеся по улицам и крушащие дома, чтобы добраться до живого мяса… Создатель Милостивый! Если сюда такую штуку забросят…

— Без «если»! — отрезал я. — Обязательно забросят! Это их козырь, их мерзкий одушевленный живой снаряд, выпущенный из обычного метателя! Я почти уверен, что сумею справиться с такой штукой… но не уверен до конца. К тому же их несколько. Пока я буду разбираться с одним, другой такой мясной шар уже успеет понаделать бед, собрав богатый урожай… Проклятье!

— Уходим вниз? — неправильно и одновременно правильно понял меня Литас.

— Едва только враг оживится, все наши женщины, дети и старики должны быть спущены вниз. Это даже не обсуждается, и это давно решено. А вот что делать нам, Литас? Отступить и хорошенько запереться, закупорив все коридоры? Озеро богато на рыбу, еще есть припасы, сможем там долго просидеть, на подземном берегу-то. Сгархи заснули, еды не просят. Или же остаться и сражаться? Что скажешь, Литас? Что говорит твой опыт? Дать бой шурдам, или сберечь воинов и отступить?

— Не показав клыков, даже трусливая лисица в нору не убегает, — пожал плечами охотник, касаясь лежащего на коленях длинного лука. — Кто знает, удастся ли пересидеть в каменном мешке?

— Удастся, — незамедлительно дал я ответ. — Не зря же мы столько готовились. Но вот что делать дальше? Ну, просидим мы там месяц… или даже год. В подземном мешке, обожаемом только гномами. И? Оставаться там жить навечно? Подземное поселение устраивать и приучаться жить на одной рыбе и грибах, закусывая все это водорослями и запивая водой? А сгархов куда? А дрова для костра откуда брать? Ох…

— Я и говорю, господин, все одно клыки показать надо. До сих пор нам это удавалось. Да так клыки показывали-то, что шурды все, как один, окочурились у наших стен!

— Раньше их не вел Риз Мертвящий и сам Тарис Некромант в придачу, — невесело усмехнулся я. — О… ведут… вернее, несут горемычного. На нем хоть одно живое место осталось?

— И поделом твари! Он двоих своими стрелами зацепил! Одному ладонь насквозь просадил стрелой, да так удачно угодил, гаденыш, что кто знает, как теперь заживет и будет ли ладонь сгибаться! — мрачно буркнул Литас, переводя взгляд на поскуливающего шурда, которого тащили два воина. Позади шел Рикар, явно с трудом удерживаясь от желания дать темному гоблину хорошего пинка.